Здоровый портал: борьба с вредными привычками. Лечение алкоголизма в могилеве сакадынца

Лечение алкоголизма в могилеве сакадынца

10 апреля 2013 в 16:53
Геннадий Александров, Могилевская правда

Кто впервые назвал его доктором SOS (переиначенные на латиницу инициалы), Олег Сакадынец не знает. Юморные собратья­-медики из психоневрологической больницы (наподобие героев телесериала «Интерны», находивших в суровых больничных буднях шутливые моменты)? Коллеги­-парламентарии, пораженные работоспособностью и неутомимостью депутата, представлявшего в Национальном собрании самый крупный в стране округ — 4-й района Могилевщины? Благодарные пациенты, которым доктор помог избавиться от пагубных привычек?

Олег Сакадынец и в бытность депутатом не уходил от медицинской практики и, вернувшись в Могилев, продолжает лечить людей от алкогольной и прочих зависимостей. Депутатом может каждый стать, шутит, а вот врачевать — не всякому дано.

— Моего отца в Великую Отечественную медики, считай, с того света вытащили, — рассказывает Олег Сакадынец. — Накануне вой­ны он 1З-­летним пацаном уехал из деревни Борки, что в Кировском районе, в Ленинград — учиться в ремесленном училище. В блокаду вместе с однокашниками ремонтировал грузовики, которые шли по легендарной ледовой Дороге жизни — единственной ниточке, связывавшей окруженный Ленинград с Большой землей. По ней же потом эвакуировали и ребят из ремесленного. Ехали на Кавказ, но дорогу перерезали немцы. И отец с земляком решил вернуться в Борки — два месяца пробирались туда по оккупированной территории. А встретило их пепелище — деревню вместе с жителями сожгли фашисты. Только из нашей семьи 40 человек погибли… Отец ушел в партизаны, а после освобождения Кировского района — в Красную Армию, хоть его год еще не был призывным. Попал в батарею противотанковых пушек­-«сорокапяток» — их называли «Прощай, Родина». Под Белостоком отца ранило в ногу, началась гангрена… Доктора его спасли, но каково в 17 лет остаться без ноги! В Рязанском госпитале отец проходил реабилитацию, его научили портняжному делу и обеспечили швейной машиной «Зингер», с которой он вернулся домой… Отец на всю жизнь сохранил признательность медикам, и мне посоветовал идти в доктора.

После вось­ми классов я поступил в Могилевское мед­училище на фельдшерское отделение, а когда окончил его, получил распределение в психиатрическую больницу. Но поработал там всего ничего — призвали в армию. Служил, а еще настолько увлекся классической борьбой, что выполнил норматив мастера спорта, вошел в сборную Белорусского военного округа. Ну а после дембеля поступал в Витебский медицинский, но не прошел по конкурсу и вернулся на прежнее место работы на должность… медсестры. Не было в больнице фельдшерской вакансии…

— Логичнее тогда зваться медбратом…

— Отсутствовало такое понятие в нашем здравоохранении. В моей трудовой книжке так и записано — «медсестра». В соответствии с Кодексом о труде. Через год поступил в Минский мединститут, а когда окончил, вернулся в Могилевскую психиатрическую больницу врачом.

— А почему выбрали специализацией психиатрию? Парням, да еще спортсменам, престижней в хирурги…

— Хотел им стать. Но в схватке на борцовском ковре получил перелом мелких костей руки — она до сих пор плохо сгибается, и с мечтой о хирургии пришлось расстаться. Стал психиатром и нисколько об этом не жалею. Очень интересная профессия!

— Но и тяжко, наверное, общаться с пациентами, имеющими психические отклонения…

— Конечно, не просто так врачам­-психиатрам полагается надбавка за профессиональную вредность. Приходилось общаться с «лениными», «сталиными», «великими поэтами и писателями». Один пациент подарил мне фолиант под названием «Курение и обороноспособность страны», где он на 50 печатных листах обосновывал, какой вред обороноспособности приносят курящие солдаты. Ну а другой мой подопечный после выписки из больницы стал неплохим рационализатором на заводе. Интересно со многими пациентами работать в том смысле, что они иначе видят окружающий мир, у них форма мышления другая…

— Насколько это можно назвать болезнью?

— Поставить диагноз в психиатрии — целая наука, заключение делается консилиумом врачей. Если коротко, то психические расстройства — болезнь, когда они приобретают навязчивую форму, мешают жить другим людям.

— У вас 8-­летний стаж парламентской работы. Чем был вызван ваш поход в политику? Может, осознанием, что и «общественный организм» надо лечить? Говорят, что корни того же алкоголизма — социальные…

— По большому счету, противостоять влиянию алкогольной среды может только сильная, гармонично развитая личность, у которой множество интересов и увлечений. Воспитание такой личности — это социальный заказ, государственная задача. А любые болезни, конечно, надо лечить. Я пошел в парламент, потому что надоели непродуманные реформы, которые начались было в нашем здравоохранении. В частности, планировалось сократить ФАПы (во всем мире­ их нет), участковые больницы на селе. Да, на Западе, наверное, можно быстро доставить больного на прием к врачу, в больницу. У нас это пока нереально — не та дорожная и прочая инфраструктура. Но все люди имеют право на доступную медицинскую помощь! И, в конце концов, на совещании с участием президента страны было решено не трогать сложившуюся систему медобслуживания. Возможно, когда­-нибудь она себя и исчерпает, но всему свое время.

Я работал в своем избирательном округе, в депутатской комиссии по здравоохранению, физической культуре и делам молодежи. При нашем участии был подготовлен и принят ряд законов — о лекарственных препаратах, трансплантации и других. Могу сказать, что по технической оснащенности, подготовке специалистов-­медиков Беларусь сегодня не уступает ведущим европейским странам.

Но и с лечебной практикой я не порывал — каждые выходные принимал пациентов в своем избирательном округе, в областной психоневрологической больнице. Доктор должен лечить — это мое кредо.

— Говорят, что вы ни разу не выступили в парламенте с инициативой запрета производства низкокачественного алкоголя или значительного повышения цен на крепкие напитки…

— Действительно, не выступал. Не бывает «плохого» или «хорошего» алкоголя — действует он одинаково. Вводить сухой закон тоже неэффективная мера — мы это проходили при Горбачеве. Ну, запретим продажу алкоголя, люди все равно найдут, где выпить, и за ценой не постоят…

Да, алкоголизм — серьезнейшая проблема, больных людей надо спасать, возвращать к нормальной жизни. А воспитывать трезвость как норму жизни, вводить ограничительные меры следует постепенно, аккуратно и обдуманно, параллельно решая проблемы занятости, повышения уровня жизни и т.д. Это программа на долгие годы! Все упирается в традиции. Мусульманам, к примеру, Коран запрещает спиртное употреблять, а у нас — другие реалии. Есть цифры: в год от алкоголизма умирает 2,5 миллиона славян. Пьют по двум основным причинам: чтобы уйти от проблем и чтобы получить удовольствие. Со спиртным отмечают праздники, юбилеи и другие радостные события. А потом оказывается, что кто-­то не может обойтись без водки, вина, пива и в другие дни.

С одной стороны, развивается привыкание к спиртному, в результате которого прежняя доза уже не дает ожидаемого эффекта, с другой — человек утрачивает способность к иным способам снятия напряженности, кроме алкоголя. Начинаются проблемы — со здоровьем, работой, материальным положением, взаимоотношениями с родными, соседями. И самое плохое, что одни люди не воспринимают алкоголизм как серьезную болезнь, считают ее чем-­то вроде вредной привычки, способа расслабиться, уйти от проблем. А другие, наоборот, думают, что раз заболел алкоголизмом, то на всю жизнь, лечи не лечи… Все эти стереотипы сломать не просто.

— И поэтому, сложив депутатские полномочия, вы решили «ломать стереотипы» с помощью частной врачебной практики? Кстати, учитывая, что у вас богатый опыт не только лечебной, но и управленческой работы, вам, наверное, предлагали и хорошую работу в столице?

— Предлагали. Но я вернулся домой — здесь моя семья, родные. А частная практика — почему нет? Ни от кого не зависишь, сам себе хозяин… Решил попробовать этого хлеба. У человека есть выбор: лечиться у доктора ­частника или в поликлинике. Да, этот выбор зависит и от финансовых возможностей пациентов. Поэтому сегодня должен быть паритет частной и государственной медицины. Я не обидел своих пациентов — продолжаю работать на четверть ставки в областной психоневрологической больнице.

— Чем ваш метод лечения зависимостей отличается от практики докторов Ходоркина, Сайкова и других?

— Вообще методов лечения достаточно много, и коль у доктора есть лицензия, значит, они показали свою эффективность. Конечно, при условии, что больной сам должен желать выздороветь. Иначе все усилия и средства насмарку.

Я предпочитаю использовать методику лазерно­биологической терапии. Суть ее в том, что с помощью воздействия на некоторые точки организма лазерным лучом можно уменьшить (а в идеале уничтожить) влечение больного к алкоголю, никотину. В медицине давно признано существование на человеческой коже точек, связанных с различными внутренними органами и определенными центрами головного мозга. Широко известны китайские методы воздействия на биологически активные точки — то же иглоукалывание, к примеру.

— Многим удалось помочь избавиться от «зеленого змия»?

— Специально не подсчитывал, но, судя по записям, счет идет на тысячи человек. И никогда не обещал чуда. Лазерная терапия помогает снять алкогольную тягу, но сколько потребуется таких сеансов, зависит от стадии болезни. Иногда бывает достаточно поговорить с человеком по душам, осознать вместе с ним препятствия, которые мешают ему нормально жить, и одно это может помочь ему бросить пить. А если зависимость слишком сильная, помочь может только терапия.

источник

Тяга к спиртному всегда поддерживается сложившейся вокруг зависимого обстановкой, что значительно осложняет лечение алкоголизма. В Могилеве многие не выдерживают давления пьющих знакомых и срываются сразу после прохождения детоксикации, решив поддержать компанию одной рюмкой. Для того чтобы избежать такого сценария, мы рекомендуем уехать на период физического восстановления и психологической реабилитации в другой город.

Центр Alkohelp принимает алкозависимых из Беларуси и других стран СНГ. Больные, приехавшие на лечение алкоголизма из Могилева, сразу поступают под наблюдение врачей. Мы предоставляем пациентам следующие виды услуг:

  1. Медицинскую помощь опытных наркологов. Многим на первом этапе требуется стационарное лечение алкоголизма, так как они переживают тяжелейший абстинентный синдром и нуждаются в детоксикации и снятии болезненных проявлений длительных запоев.
  2. Полноценная реабилитация от алкоголизма. Работа с психологами и проработка глубинных детских травм являются залогом успешного выздоровления. Нахождение в терапевтическом сообществе придает сил и является оптимальным вариантом лечения для алкозависимых из Могилева.
  3. Анонимное лечение. Пациенты могут не беспокоиться о том, что об их проблеме кто-то узнает, так как мы не разглашаем личную информацию тех, кто решил бросить пить и обратился за помощью.

Благодаря изоляции от привычного окружения в Могилеве, риск срыва у алкоголика на начальном этапе лечения сводится к нулю. Интенсивный психотерапевтический процесс постепенно меняет мышление человека и у него пропадает тяга к спиртному.

После вывода из запоя больной может согласиться на кодировку. Однако такое простое на первый взгляд решение приводит впоследствии к постоянной тревожности и страху перед срывом. Именно поэтому мы рекомендуем лечение алкоголизма без кодирования с помощью реабилитационной программы.

Реабилитация включает в себя групповую и индивидуальную терапию, направленную на проработку детских травм и кардинальные изменения в психике. Больной осознает причины собственного алкоголизма и приобретает навыки справляться с ними конструктивными способами. Это самый действенный вариант лечения, признанный во всем мире. При соблюдении всех рекомендаций специалистов риск срыва в будущем снижается к минимуму.

После того как будет проведено полноценное лечение алкоголизма, в Могилеве человек сможет начать новую трезвую жизнь. Во время нахождения в центре он вырабатывает умение противостоять влиянию зависимых «друзей» и приобретает новые ориентиры в жизни. По всем вопросам прохождения комплексного лечения звоните нашим специалистам или заказывайте обратный звонок.

источник