Здоровый портал: борьба с вредными привычками. Чулпан хаматова бросила курить

Чулпан хаматова бросила курить

У всех нас есть мелкие грехи, за которые нам стыдно. Кто-то не может устоять перед куском вкусного торта, другой — втайне грызет ногти. И это совершенно нормально! Помните, что идеальных людей не существует. Но если в этих мелких привычках нет ничего такого уж плохого, то курение уже может серьезно сказаться на здоровье. Мы расскажем, кто из российских знаменитостей не может никак бросить пагубную привычку.

«Курю я много — от пачки до двух, в зависимости от графика работы. Сигареты помогают мне справится со стрессом и прийти в себя. Да, я полностью понимаю и ощущаю тот вред, который они мне наносят. Но они уже стали частью моей жизни. А вообще, я никогда не строила из себя хорошую девочку и о том, что я когда-то брошу их — не думала.»

Актриса курит не просто сигареты, а настоящие кубинские сигары!

«Раньше была пачка, а то и две. Курила всегда крепкие сигареты. После перенесенной язвы, стараюсь ограничивать себя: курю только «женские» сигареты и в меньшем количестве. Я себя постоянно успокаиваю, говорю себе, что стала намного лучше себя чувствовать, перейдя на легкие «палочки». Но в глубине души понимаю, что вру себе. И надеюсь, что когда-нибудь найду в себе силы справится с этой «заразой», но пока я не представляю свою жизнь без них.»

«Я понимаю какой пример я подаю своим дочкам, но эта привычка плотно засела в моей жизни. Мне кажется, что после очередного перерыва на «покурить» у меня начинает лучше работать голова. Возможно, когда-нибудь мне удастся избавится от этой пагубной зависимости» — говорит актриса.

«Открываю прессу и вижу — «Алену Бабенко снова застукали с сигаретой». А я на самом деле уже как месяц не курю! А через полгода вижу заголовок другого рода: «Алена Бабенко бросила курить». Смотрю на стол, а там у меня лежит пачка сигарет. Такие дела. Но бросить курить мне все же стоит» — говорит актриса.

источник

Вредные привычки не чужды не только обычным людям, но и знаменитостям. Многие из них признаются, что курят с юности. Некоторые стесняются своего пристрастия и мечтают от него избавиться. Но есть и те, кто считает – курение просто необходимо им для вдохновения.

Популярный сегодня актер Александр Петров, во многом, похож на героя сериала «Полицейский с Рублевки», Гришу Измайлова. Веселый, самоуверенный, не признающий какие-либо формальности. Он признается, что курить начал еще в школе.

Тогда он занимался спортом, мечтал стать знаменитым футболистом. Помешал несчастный случай – Петров получил сотрясение мозга, и долго не мог вернуться в форму. В компании дворовых мальчишек, он пристрастился к вредным привычкам, о чем долго не решался рассказать своей маме.

Девушка признается, что была заядлой курильщицей. Впервые она взяла сигарету в руки в 13 лет. Сейчас ей удалось справиться с зависимостью, благодаря спортивным занятиям.

Самбурская считает, что в результате регулярных тренировок, организм человека сам постепенно отказывается от разного рода зависимостей. Девушка уверена, что она больше никогда не вернется к курению и всем советует последовать ее примеру.

А вот Дмитрий Нагиев переживает, что вновь закурил, после пятилетнего перерыва. Актер обвиняет себя в отсутствии силы воли и не собирается оправдываться. Он считает, что нервы и переживания не являются основанием для того, чтобы брать сигарету в руки.

Сейчас Нагиев старается чередовать курение обычных сигарет и вейпа и говорит, что находится в борьбе с зависимостью. Правда, расставаться со всеми своими вредными привычками актер не собирается – «зачем тогда жить».

У Чулпан Хаматовой доброе сердце, но девушка признается – и она не идеальна. Образ жизни актрисы сложно назвать здоровым. Она не занимается спортом, не посещает фитнес-зал. А вот курит – много.

Актриса откровенно говорит в интервью – ей самой неприятно смотреть на курящих девушек. Она осознает, что это вредно для здоровья, но не может ничего поделать с собой. Чулпан считает, что когда она курит, начинает лучше соображать.

Иван Ургант, тоже заявляет, что курит. А еще он, время от времени, выпивает алкоголь и может выругаться матом. Актер не борется со своими пристрастиями.

Он считает, что злоупотреблять не нужно, но иногда можно позволить себе выкурить сигарету и ощутить удовольствие от жизни. Особенно – в компании хороших, интересных людей.

Когда юная актриса Оксана Акиньшина познакомилась с Сергеем Шнуровым, мужчину часто обвиняли в том, что он пристрастил девушку к дурным привычкам.

Оксана тогда отвечала в интервью, что курить начала еще до встречи с лидером группы «Ленинград», в 12 лет. А еще она всегда любила встречаться с брутальными «плохими» парнями.

Актер Павел Прилучный сейчас ведет жизнь примерного семьянина. Но и он не может справиться со своими дурными привычками. Правда, Павел не раз заявлял, что намерен бросить курить и агитировал поклонников присоединиться к нему.

Супруга, Агата Прилучная, поддерживает Павла, и даже подарила ему электронную сигарету, чтобы было проще избавиться от зависимости.

источник

Добрые день, мои дорогие читатели! Сегодня хочу рассказать Вам οб удивительной женщине, замечательной актрисе, ο милой нашей добродетельнице — Чулпан Хаматовой. Ο её вере, и ο тех проблемах, с которыми приходится сталкиваться, познавая Бога.

Чулпан Хаматова известна не только своими удивительными ролями в кино, но и как учредительница благотворительного фонда «Подари жизнь». Основная задача фонда – помощь больным онкологией детям. Как так получилось, что именно она стала ниточкой к спасению больных детей?

В первую очередь, это конечно её доброе сердце, которое способно сочувствовать, переживать и поддерживать в трудную минуту. Безусловно, таких людей среди нас много, но не у всех есть такие возможности. Чулпан воспользовалась своим положением в обществе, некоторыми материальными благами, наложила это всё на свое доброе сердце и итог – фонд не оставляет ни одного больного ребёнка!

Сама Чулпан, уроженка города Казань, и соответственно по национальности она татарка. Но судьба распорядилась так, что актриса приняла христианство. Это произошло уже в сознательном возрасте, когда ей пришлось столкнуться с проблемами позвоночника.

По её словам, крещение для неё было очень важным и серьёзным шагом в жизни. И сегодня она верующий человек, часто молящийся за своих детей и за тех, кому она даёт шанс на жизнь. Правда, при этом, Чулпан не соблюдает все церковные традиции. Вот, что она сама говорит по этому поводу.

Одна из таких дилемм – это страстная тяга Чулпан к курению.

Именно она терзает и мучает её сознание на пути к Богу. «И умом всё понимаю, и душой, но бросить не получается».

Поэтому, по её словам, ο какой исповеди может идти речь, если покаяться перед Богом за свой грех, а потом опять продолжить его?

Вообще, друзья речь ο таком грехе, как табакокурение, очень часто заходит в православных кулуарах и не только. И перед нами часто возникает такой вопрос, такая проблема. Так, один мой знакомый священник, курит…Да, как бы он не старался, не получается бросить эту дурную сигарету. Он по началу съедал себя за это. Потом, пришел к другому умозаключению, что настанет тот день, когда Господь поможет ему справиться с этим. А сейчас, он ежедневно, кается в своём грехе, но продолжает курить…

Так вот где тут истина? Может Чулпан действительно права, пока мы собираемся продолжать этот грех, не стоит его и исповедовать и гневить Бога?

А что Вы думаете, друзья по этому поводу? Пишите в своих комментариях.

источник

Её имя в переводе означает «Утренняя звезда». В детстве она его недолюбливала, и на то были веские причины. «Чулпан» превращали в лучшем случае в «Султан», в худшем — в «Чурбан». Зато сейчас она довольна: на театральном небосклоне только одна Чулпан — Хаматова.

Последний год об актрисе ничего не было слышно. И вот после рождения дочери Чулпан возвращается в театр. Она уже играет в «Современнике» и готовится выйти на сцену в антрепризном спектакле «Сильвия». Чулпан согласилась на интервью при одном условии: никаких вопросов о личной жизни.

— Многим зрителям почему-то кажется, что в детстве вы были хулиганкой.

— Нет, я была очень тихим ребенком и все свои «подлости» делала исподтишка. Если кто-то мог написать неприличное слово на заборе в открытую, рискуя быть застуканным на месте преступления, то я это делала только ночью.

— Свою первую любовь помните?

— Мои первые «любови» были безответными. Мне нравились мальчики, а я им — нет. Я писала письма, признавалась в любви, потому что пушкинская Татьяна так делала. Переживала. Никто мне не отвечал, мальчишки ведь ужасно боятся таких проявлений чувств. Они делали вид, что никаких писем не получали. Мальчикам тогда нравились другие девочки, были другие эталоны. Если бы мне в то время кто-нибудь сказал, что меня назовут секс-символом года, ни за что бы не поверила.

— Скорее вруньей. Я все время врала: чтобы оправдать себя, чтобы мама не расстроилась, чтобы девочки за мной пошли. Сочиняла какие-то нелепые истории о том, что у меня сестра в шкафу живет и мама ненастоящая. Я искренне верила в свои выдумки, и мне верили. Врала, что иду на фигурное катание, а сама отправлялась гулять.

— Да, родители водили меня в театры, и я сама «водилась». В нашем городе был хороший ТЮЗ, оперный театр, драматический. Детские спектакли мне не нравились, потому что они были поставлены для каких-то сомнительных детей. Мне неприятно было смотреть, как сорокалетняя тетенька играет девочку. Остальные спектакли мне нравились. Я любила всех артистов только потому, что они уже артисты.

— Но о профессии актрисы вы тогда не мечтали, учились в математической школе.

— Мое поступление туда не обсуждалось, было само собой разумеющимся. Мои родители занимались точными науками. Математическая школа была более интересной, там учились другие дети, был какой-то особый дух, хиппи были.

— Естественно. Тогда все читали Толкина, цитировали, это было модно. Мы бегали по лесам, боролись за кольцо. Бросали жребий, чтобы определить, кто — темные силы, кто — светлые. Рисовали карту, плели кольчуги из колечек для штор, мальчишки выстругивали мечи из дерева. Всех называли красивыми именами. Я и сейчас с удовольствием побегала бы по лесам. Заправляли нашими играми взрослые, совершенно «сумасшедшие» люди, которые стольких детей спасли от улицы! Потом, когда хиппи стали панками, мне это стало неинтересно.

— Говорят, что у вас для каждой роли есть какой-то специальный пакет с аксессуарами.

— Я очень люблю всякие штуки для роли покупать: заколки, резинки, грим какой-то особенный, духи. Для роли Пат в «Трех товарищах», например, у меня есть духи фирмы «Clinique». Их уже не выпускают, и знакомые привозят их мне из каких-то дыр российских, где они каким-то чудом еще есть, потому что никто их не покупает. Для роли Сильвии у меня есть большая расческа. Мы отдыхали с товарищами на Кипре и были на дивном празднике, где продавались самодельные детские игрушки. Я накупила много пищалок, летающих крокодилов, все они теперь «играют» в «Сильвии». Меня иногда даже ругают: «Хватит прятаться за реквизит». Но мне кажется, что аксессуары — это тоже как бы детали характера. По тому, какие у человека часы — китайские или «Ролекс», можно судить о характере.

— А в повседневной жизни любите какие-то приятные вещички?

— Нет, я люблю голое пространство. Мне все время дарят маленькие мягкие игрушки, а я всегда передариваю, потому что терпеть их не могу. Вообще не люблю всякие мелкие предметы. Наверное, это свойство характера. Дедушка был такой. Он постоянно все выбрасывал из дома, а бабушка подбирала, приносила и ставила на место.

— В «Современнике» вы заняты только в двух спектаклях: «Три сестры» и «Три товарища». Хотелось бы играть больше?

— Не знаю, мне хватает. В хороших спектаклях — хотелось бы. Сейчас я репетирую новую роль в спектакле Нины Чусовой с рабочим названием «Семейные истории». Премьера назначена на 28 декабря. Я играю мальчика. Пьеса о детях, о том, какие сегодня отношения в семьях, в какие игрушки играют дети, какие песни слушают и как потом из всего этого вырастают чудовища.

— Помимо работы в «Современнике» вы играете в антрепризном спектакле «Сильвия».

— С этим спектаклем у меня связаны самые теплые воспоминания. У нас потрясающая компания: Женя Симонова, Георгий Тараторкин. О продюсере и говорить нечего, таких просто не бывает. Никогда не забуду, как на гастролях в Минске продюсер полдня искал для меня обогреватель. Тем, кто будет смотреть этот спектакль в первый раз, хочу сказать, что будет весело, ничего серьезного. Это театр-праздник. У кого есть собаки, вспомнят своих любимцев. В пьесе много музыки, радости и даже есть какая-то интрига. И вообще, это лучший способ поднять себе настроение в дождливый осенний вечер!

— В этом спектакле вы играете собаку. Как «входили в образ»? Был ли прототип?

— Я играю свою собаку Мирту, ризеншнауцера. С нее я делала пластику, настроение. К сожалению, она погибла в прошлом году. Казалось, будто мы лишились близкого человека. Собачники говорят: лучший памятник погибшей собаке — новая собака. Теперь у меня французская овчарка, бриар Данхилл. Мне кажется, в обновленном спектакле моя роль будет представлять синтез характеров и привычек моих любимых собак. И я буду в этом спектакле разговаривать со своей погибшей собакой.

— Антреприза интересна вам как возможность дополнительного заработка?

— Мне очень понравилась пьеса. И если бы мне предложили сыграть Сильвию, например, в «Современнике», я с удовольствием согласилась бы. У меня нет никакой антипатии к антрепризе, особенно после работы с Юлием Малакянцем, для которого принципиально важно сделать качественный спектакль.

— Однако сегодня понятие «антреприза» воспринимается едва ли не как синоним халтуры.

— Антреприза — явление все-таки достаточно новое. Должен произойти какой-то зрительский отбор, и «двухтабуреточные» постановки не выдержат конкуренции.

— Снимаетесь ли вы сейчас в кино? Есть ли интересные предложения?

— В российском кино нет. Все неинтересно. С русским кино у меня катастрофа. Самое «удивительное», что мне предложили за последнее время, -рекламировать быстрорастворимую лапшу.

— Да. За миллион долларов я бы согласилась. Если позориться, то дорого.

— Надежды на русское кино нет?

— Каждый раз читаю сценарий и думаю: вот, вот оно -то, что я. не хочу играть. Надоело это олицетворение нежности и доброты. Спрашиваю, что мне играть. Отвечают: «Милую девушку!» Хочется сыграть какую-то выписанную роль: с началом, с концом, с развитием. Сейчас снимаюсь в Вене в фильме «Озрен». Это история о девушке, которая одна воспитывает ребенка, — тяжелая семейная драма. У меня интересная роль, я играю проститутку. Ни одной постельной сцены в фильме нет, о профессии моей героини только говорится. Для «вхождения в образ» пришлось ходить в солярий, чего я в жизни никогда не делала. У меня было три парика и накладные ногти. Кроме того, моя героиня — хорватка, которая говорит по-немецки. Это ужасно сложно — говорить по-немецки да еще с хорватским акцентом, но интересно. На немецком я говорить могу, а хорватское произношение мне ставили.

— Чем привлекает вас работа в зарубежном кино?

— Во-первых, ты куда-то едешь, меняешь обстановку. Другой язык, другой менталитет. Что-то узнаешь новое, знакомишься с другой культурой. Интересно, как там понимают нашу культуру, театр.

— А какие чувства вы испытываете, когда первый раз смотрите фильм со своим участием?

— Не нравитесь себе на экране?

— Ну, хорошенькая, и что дальше? Я смотрю на другое. Вижу ошибки, вижу, что все мимо. У меня реакция человека, который, не зная, как звучит его голос на магнитной пленке, вдруг слышит себя со стороны.

— Где больше ошибок — в театре или кино?

— В театре нельзя проконтролировать, поэтому кажется, что все получилось хорошо.

— Что для вас важнее при выборе: хороший сценарий, имя режиссера или гонорар?

— Хороший сценарий, хороший режиссер, хорошая роль, потом деньги. А если очень плохой режиссер, плохой сценарий, плохая роль, то деньги — на первом месте.

— Вы больше театральная актриса или киноактриса?

— Конечно, театральная. Это я поняла давно. Больше всего меня раздражает в кино то, что все время нужно ждать: пока свет поставят, пока камеры. Потом вдруг скажут: «Стоп!» И опять ждешь. Я до сих пор не могу найти себе занятие во время этого мучительного ожидания.

— Кто ваш любимый поэт, писатель?

— Марина Ивановна Цветаева. Я все ее люблю: стихи ее люблю, жизнь ее люблю, детей ее люблю. Я в ней нуждаюсь. Понимаю ее. Она писала не головой, а откуда-то из самых глубин. Люблю Достоевского. Произведения современных авторов глубоко меня не задевают. Если мне скажут, почитай эту книжку, ее вся Москва читает, — никогда в жизни читать не буду, хотя, может быть, это очень хорошая книжка. Потому что я жадина. Хочется, чтобы книжка была моя и только моя.

— Вы эмоциональный человек? Можете заплакать в театре?

— Какой спектакль произвел особенно сильное впечатление?

— Самое сильное потрясение было от Владимира Машкова в спектакле «Табакерки» «Матросская тишина». Во время его монолога я рыдала.

— Говорят, вы любите менять имидж, цвет волос. ..

— Не люблю, никогда в жизни этой пошлятиной не занимаюсь. Цвет моих волос меняется в зависимости от роли. Имиджа у меня никакого нет. Иногда я говорю себе: на следующей неделе буду одеваться во все синее или во все черное, но никогда ни то ни другое не осуществляется.

— Правда ли, что летом по Москве вы предпочитаете передвигаться на роликах?

— Очень многие жители столицы так делают. Доехать из «Современника» до дома на роликах гораздо быстрее, чем на машине. Мне нравится кататься на роликах, это позволяет поддерживать себя в форме.

— Фитнес не люблю. Может, сходила бы в спортзал в веселой компании. Систематически посещать фитнес-клуб нет времени. Я лучше дома пресс покачаю (закуривает очередную сигарету).

— Никогда не возникало желания бросить курить?

— Понимаю, что это плохо и смотрится ужасно. Мне самой неприятно смотреть, как женщина курит. Но мне кажется, что когда я курю, то лучше соображаю.

— Что вы ощущаете, когда вас называют талантливой актрисой, звездой?

— Мне приятно. Неталантливый и звезда — не синонимы. Когда ты получаешь апартаменты в восемь комнат. Я бы очень хотела побыть звездой, правда! Если бы иметь много денег. Я бы построила сказочный дворец, принимала бы гостей, устраивала балы. Организовала бы детский дом или приют для кошек, театральную студию, математическую школу. Очень хорошее ощущение — знать, что у тебя есть деньги.

— Самый приятный комплимент, который выслышали?

— Очень приятно, когда говорят от чистого сердца: «Как хорошо, что вы есть».

— Вы отвечаете на письма поклонников?

— Стараюсь, хотя это сложно. На стандартные письма неинтересно отвечать. Но есть письма, на которые нельзя не ответить. Я так подружилась с одной девушкой: она написала письмо, я ответила. Другая девушка подарила мне магнитофон, чтобы я могла прочесть ее звуковое письмо.

— Как вы реагируете на объяснения в любви?

— Я радуюсь. Но письма потом выбрасываю. Потому что люблю дома открытое пространство.

— Есть ли у вас свои рецепты от уныния?

— Нужно прийти к маме или к кому-то очень близкому. Музыку послушать. Убрать квартиру. Пойти куда-нибудь. В театр.

Татьяна Демидова. «Ваш досуг», ноябрь 2002

Расписание спектаклей

04.11 — «Открытая лекция» /Рига,Splendid Palace
07.11 — Двое на качелях /Современник, Петербург/
08.11 — Двое на качелях /Современник, Петербург/
09.11 — Рассказы Шукшина /Театр Наций
10.11 — Рассказы Шукшина /Театр Наций
12.11 — Двое на качелях /Современник
16.11 — Враги. История любви /Современник
17.11 — Враги. История любви /Современник
18.11 — Играем. Шиллера! /Современник
20.11 — Двое на качелях /Современник
22.11 — Укрощение строптивой /Театр Наций
23.11 — Укрощение строптивой /Театр Наций
24.11 — Фрекен Жюли /Театр Наций
26.11 — Час, когда в души идешь — как в руки! /Хайфа
27.11 — Час, когда в души идешь — как в руки! /Тель-Авив
28.11 — Час, когда в души идешь — как в руки! /Петах-Тиква

03.12 — Фрекен Жюли /Театр Наций/
04.12 — Фрекен Жюли /Театр Наций/
08.12 — Час, когда в души идешь — как в руки! /Воронеж/ ПЕРЕНОС С ИЮНЯ
10.12 — Рассказы Шукшина /Театр Наций/
11.12 — Рассказы Шукшина /Театр Наций/
15.12 — Час, когда в души идешь — как в руки! /Саров/

10.04 — «Открытая лекция» /Израиль/

Дорогие гости сайта! Если у вас есть старые журналы или газеты с интервью Чулпан Хаматовой, фотографии, старые театральные программки и т. п., или вы знаете, где такие материалы можно найти – пожалуйста, напишите нам: info@khamatova.ru. Давайте вместе сделаем сайт интереснее!

Сайт является неофициальным.
Авторы сайта не знакомы с Чулпан Хаматовой и не имеют
возможности передавать ей какую-либо информацию или получать ее.

Если Вы желаете сообщить ей что-либо лично, обращайтесь
на официальный сайт театра «Современник».

источник

(Казань, 3 июня, «Татар-информ»). Спортсменка и красавица Ляйсан Утяшева перестала быть примерной девушкой и подала окружающим дурной пример: гимнастка на одном из светских мероприятий не выпускала изо рта кальян.

«Ляйсанка теперь постоянно курит кальян, — рассказывает подруга спортсменки. — Это не так вредно, как сигареты, так она себя успокаивает».

Во времена своей спортивной карьеры Ляйсан не была замечена в пристрастии к курению, но теперь, став тренером, девушка не торопится воспитывать молодежь на собственном примере, пишет «LifeShowbiz».

24-летняя участница «Танцев со звездами» пришла на фестиваль «Fashion Food» в сопровождении мамы Зульфии Утяшевой, которая всегда поддерживает Ляйсан и является одной из лучших подруг гимнастки. Как понимающая родительница, Зульфия не запрещала дочери курить, предоставляя свободу выбора. «Ляйсан сама решает, как поступать, — говорит Зульфия». — Воспитана она достойно, так что волноваться не о чем.

К слову, не так давно в пристрастии к пиву была уличена еще одна спортсменка и певица – Юля Ковальчук. Победительница последнего «Ледникового периода» оказалась главным ценителем пива на банкете, устроенном в честь финала шоу.

Ставшая трижды мамой актриса Чулпан Хаматова заливает послеродовую депрессию шампанским. Хаматова впервые после родов вышла в свет, появившись на благотворительном вечере фонда «Созидание», который проходил в театре «Новая Опера». Она тоскливо взяла у официанта два бокала шампанского и пила то из одного фужера, то из другого, хотя еще не опавший после родов живот выдавал недавнее интересное положение актрисы. «Не трогайте, пожалуйста, Чулпан, — объяснили организаторы вечера. — Неужели вы не видите, как ей плохо. Женщина не пережила еще роды. Она в депрессии».

источник

Народная артистка России, глава благотворительного фонда «Подари жизнь» Чулпан Хаматова рассказала Ларисе Малюковой, как и чем она живет на сцене и за ее пределами

Хаматова c ее статусом первой актрисы страны, постоянно мигающими телефонами, сиюминутными предложениями: сняться на обложку, поприветствовать участников важного форума, получить приз, появиться буквально на миг — эта самая Чулпан входит в почти пустынный днем ресторанчик Champagne Life неподалеку от Патриарших, ищет меня глазами: «Пошли в зал для курящих?» Джинсы выше ­щиколотки, кроссовки, простенькая майка, ноль косметики. Без показухи, кокетства или наигрыша — в жизни и на сцене.

С ней охотно работают лучшие режиссеры театра и кино — аскетичные традиционалисты и отчаянные экспериментаторы Волчек и Серебренников, Трушкин и Абдрашитов, Прошкин-старший и Герман-младший, прославленные иноземцы Остермайер и Херманис. Она может отказаться от Офелии у именитого Петера Штайна ради беременной таджички Мамлакат в «Лунном папе» молодого кинорежиссера Бахтиера Худойназарова, где будет безмятежно летать на диване над разноцветным морем. Она не может подвести товарищей, а роли старается выбирать такие, на которых растет.

Чулпан нередко спрашивают про выбор, что важнее: семья, профессия, благотворительность. Но приоритетов будто и нет: все втянуто в бурлящую воронку каждого отдельно взятого дня. Она уже и не пытается делить жизнь на сегменты, выстраивая очередность личного, профессионального, душевного. Пыталась — не вышло.

— У меня был период очень-очень сложный. Года через два после открытия нашего фонда «Подари жизнь». Просто начала сходить с ума в усилии выстроить иерархию, вынырнуть из круговорота звонков, призывов о помощи. Я бросалась подключать нужных людей: время на разбор роли, общение с детьми, с друзьями, с режиссерами катастрофически выпаривалось. Началась какая-то агония, затем — сильнейший нервный срыв. Мы вошли в клинч «запятых» и «многоточий» в отношениях с моей подругой и партнершей по фонду Диной Корзун. Мы ведь обе не очень понимали, во что ввязались.

Тогда она обратилась за помощью к психологам, и одна мудрая женщина посоветовала расслабиться и просто плыть по течению жизни. Этот незамысловатый совет и оказался спасительным. Времени не стало больше. Но Чулпан перестала калькулировать собственную жизнь, мучить себя.

— Кардинально что-то изменить я могла лишь хирургическим способом, отрезав какую-то из составляющих жизни, но я не готова к подобной радикальности.

Порой кажется, что некто невидимый изобретательно режиссирует ее судьбу, постоянно предлагая внезапные повороты, и тогда Хаматова храбро трясет головой: «Не уверена. но попробую». Когда-то болезнь родственника привела ее к врачам — результатом завязавшихся отношений стал концерт в «Современнике», собравший средства на лечение детей, больных лейкемией. Так постепенно завертелся снежный «благотворящий» ком, из которого вырос фантастический медицинский центр на Ленинском проспекте. «Дело не в дороге, которую мы выбираем, — говорил О’Генри. — То, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу».

Но не приходилось ли любимице фортуны, преодолевая себя и это течение судьбы, проситься на роль, убеждать сомневающегося режиссера в том, что она — единственная и лучшая?

— Позвонить, попроситься? Легко. Это же часть профессии. Выбор за режиссером. Ничего унизительного не вижу в том, если он возьмет другую актрису. Значит, такое у него видение. Была у меня история с Лешей Германом в фильме «Гарпастум». Продюсер хотел, чтобы играла я, мне дали сценарий. Роль не заинтересовала — я была взрослее, хотелось чего-то более сложного. Я решилась попробоваться на другую героиню, но интуитивно почувствовала, что режиссер вовсе не разделяет продюсерской симпатии ко мне, но согласился провести пробы. И в процессе работы выяснилось, что нам с Лешей интересно спорить, ругаться друг с другом, что-то доказывать, куда-то двигаться. Начался поиск, а он для меня и является основной составляющей творчества.

— Когда старшие девочки пошли в школу, у меня появилось свободное время. Боже, какое счастье: я успевала посещать фитнес-клуб, встречаться с друзьями — вздохнула свободнее. Известие о беременности застало врасплох. Но взвесив все, поняла, что стану мамой в третий раз. Я размышляла: от чего могу и от чего придется отказаться? И поняла: все это вместе не могло перевесить той радости, которую дарят дети: новое дыхание, молодость (зря актрисы боятся рожать, дети делают нас юнее). Мы так или иначе «приземляемся» или, напротив, «взлетаем» на уровень ребенка: снова делаем первые шаги, языком ощупываем новые слова, разглядываем картинки. Я в третий раз перелистывала книжки, которые мама читала мне еще в младенчестве. Конечно, без детей я бы не взяла их в руки. Читаю сказку ребенку, заново переживая эмоции, связанные с моим детством, с нашим домом.

Свои роли, «свой отклик в воздухе пустом», она сравнивает с картинами. Одни из них написаны акварелью, другие жирными масляными мазками, третьи отрывочными графическими линиями, штрихами и пятнами. Можно мысленно представить себе галерею, в которой объемные образы расположились в неожиданном монтаже: рядом с царственной Клеопатрой — смесь лабрадора и дворняжки из спектакля «Сильвия»; классика — чеховские сестры Ирина и Маша, Катерина Островского; шокирующая «Голая пионерка» Маша Мухина — святая блудница; мечтательная ремарковская Патриция Хольман и картавый мальчик Андрия из «Мамапапасынсобака», лопоухий, в бейсболке задом наперед, в общем, клоу­нада, рвущая сердце. И тут же групповой портрет из «Рассказов Шукшина» в постановке Херманиса: деревенская тетка, страдальчески натягивающая на распухшие ноги подаренные мужем модные сапожки, старуха, толстозадая халда, городская медсестра Клара — вожделенная мечта сельских мужиков, а то и просто река, которая струится меж рук партнеров. Она не просто может сыграть что угодно — воздух, трамвай, она начисто стирает границу между собой и ролью, играет на пределе, отрекаясь от себя, безжалостно тратясь на сцене.

— Признаюсь, не умею себя щадить. Наверное, это плохо. К тому же не хочу этого делать, у меня другое, почти сакральное отношение к профессии. Если начну себя жалеть, останется формальное существование, возделывание рисунка роли. Кому это интересно? Я тоже хочу разбираться с вопросами моей жизни, моего мировоззрения. Эти герои мне помогают.

Во «Фрекен Жюли» в Театре Наций она играет взбалмошную инфантильную рублевскую особу, угорающую в замкнутом мире денежной аристократии. Чтобы вжиться в неуправляемый характер золотой девочки, пришлось прибегнуть к аксессуарам с громкими именами, двена­дцатисантиметровым каблукам, макияжу с глянцевых об­ложек: перерождение актрисы начинается с деталей.

— Наши гримеры специализируются на театральном гриме, здесь же нужны были тенденции с подиумов. Пришла мастер, которая причесывает исключительно респектабельных барышень. И несколькими взмахами — р-раз — превратила меня в супердевушку. Хитро передвинула пробор глубже: образовалась модная челка. Какими-то микродвижениями показала, что да, есть два разных мира, и даже я, актриса, ничего про это не знаю. Есть модные решения, превращающие Золушек в принцесс. Так же было с гримом, появилась Наталья Власова, сделала макияж от Giorgio Armani. Изобразила на моем лице «последние тренды». Режиссер, увидев меня, сначала жутко растерялся, потом привык.

Волшебница визажа Власова без тыквы и мышей превратила Золушку Чулпан в девушку с Рублевки, посвятившую жизнь исключительно приемам и себе любимой. В зеркале на актрису смотрела «бедная богатая девочка»:

— Да, есть такой термин. Честно говоря, я думала, что пьеса Стринберга про секс. Но когда появился Томас Остермайер, выяснилось, что это пьеса прежде всего про кастовость. И что актуальней всего сегодня ее ставить в России. Когда я стала общаться с прототипами своей героини, самыми «топ-топ», откровенно с ними разговаривать — мама дорогая! — выяснилось, что мир этот наполнен такими проблемами, одиночеством, болью невозможной. Среди моих собеседниц были и интеллектуалки, но их движение — по замкнутой орбите, с которой они не умеют соскочить в силу всех своих запретов и ограничений. Анализируя собственное положение, они признаются, что не понимают: любят их самих или их достаток? Одна девушка сказала: «Я запретила задавать себе этот вопрос, потому что, если буду копать дальше, либо сойду с ума, либо покончу с собой».

Вот в таких разговорах у нее вырастала роль. Колеб­люсь, но все же интересуюсь у Чулпан:

— А разве схожие сомнения, ощущения не одолевают известных артистов? За что ее любят: за успех, популярность, сыгранную роль, за талант?

Но эта проблема, кажется, не волнует ее вовсе.

— Это просто одно из условий профессии. Тебя могут любить за роль, которую ты внутренне ненавидишь. Зато у тебя есть другая жизнь, вне образа. В той жизни нет никаких звезд, отредактированных ретушером гладких мордашек с обложек, аплодисментов. Там есть мама, друзья, которые знают тебя с детского сада в Казани, родственники, которые всегда вовремя стукнут по лбу, люди, которых почитаешь, учителя, которые понимают, из чего состоит профессия. Они любят и переживают за тебя, а не за глянцевую картинку в журнале.

Благотворительностью сегодня занимаются многие замечательные артисты: Ингеборга Дапкунайте, Татьяна Друбич, Ксения Раппопорт, Евгений Миронов, Ксения Алферова и Егор Бероев и другие. Чулпан и ее подруга Дина Корзун были одними из первых. Помимо адресной помощи они устраивают благотворительные концерты, акции. А недавно открыли «БлагоБутик» в торговом центре «Рио» на Большой Черемушкинской, куда можно сдавать вещи известных марок. Наверное, можно сказать, что они вводят благотворительность в категорию моды, стиля жизни.

— О, если бы я знала рычаги, как благотворительность сделать модной, — я была бы другим человеком. Не верю, что это возможно, потому что мода ограничена сезоном. А дети, которым нужна помощь, будут всегда. Хотим сделать благотворительность нормой. Чтобы делать добро было просто. Вот листает сейчас прекрасная читательница VOGUE. В ее шкафу залежались вещи, которые она и не носит, и выбросить не может, и продавать не пойдет, ну чем-то они ей дороги. И быть может, ощущение, что кто-то купит их и деньги пойдут на спасение конкретного ребенка, поможет расстаться с ними безболезненно?

Так Чулпан снова оказалась двигателем процесса, набирающего обороты в Европе. Благотворительные бутики в Лондоне приобретают все большую популярность. В них одеваются звезды сцены и ведущие BBC. Британская The Telegraph печатает списки наиболее «талантливых» благотворительных магазинов. В частности, тех, куда отдает образцы одежды редакция британского VOGUE. Зная целеустремленность Чулпан, которая ставит себе всегда завышенную планку и обязательно берет высоту, могу предположить, что вскоре в престижный заморский список войдет и наш «БлагоБутик».

ИСТОЧНИК ФОТО: Danil Golovkin

источник